Фото советского тяжелого карьерного самосвала КрАЗ-256Б с аргентинскими солдатами уже несколько лет гуляет по сети. Снимок реальный и сделан он в Порту-Стэнли во время Фолклендской войной.  

Напомним, конфликт между Аргентиной и Великобританией был в 1982 году. Аргентинская хунта хотела захватить архипелаг, который считала своей исторической территорией. Они были уверены, что англичане не пойдут на крупномасштабную войну, а также не смогут пустить в ход крупные силы авиации и флота из-за удаленности островов.  Но ошиблись – к их несчастью, Маргарет Тэтчер была очень жестким политиком.  Чтобы вернуть острова, в Южную Атлантику сразу же отправилось крупное британское военно-морское соединение. А 21 мая 3-я бригада морской пехоты осуществила десант, к концу первой декады июня аргентинцев блокировали в районе Порт-Стэнли.  Сам штурм начался в ночь на 12 июня, при этом по позициям аргентинских войск постоянно палила и палубная авиация, и британская корабельная артиллерия.  В итоге через два дня контингент на Фолклендах капитулировал.  

Так как же наш «крокодил», «лаптежник» или «людоед», как звали этот грузовик советские водители, попал на удаленный архипелаг, расположенный рядом с Антарктидой?  Выпуск КрАЗ-256 начался в 1966 году, его экспортировали более чем в 40 стран мира, в том числе в Аргентину. Но особенно автомобиль любили в Великобритании. Экспортная модификация называлась BELAZ-256. Она практически не отличалась от оригинала – даже руль не переносили на правую сторону. В основном отличались только фары – вместо двух на крыльях у грузовика появились четыре фары в бампере.  

До начала 90-х годов в Великобританию продали 433 «КрАЗа», часть из которых отправилась на Фолклендские острова, где в конце 70-х развернулись крупные строительные работы по модернизации портов и расширению дорожной сети. К аргентинцам же эти машины попали сразу после захвата Порта-Стэнли – их использовали для переброски войск и снабжения. После окончания конфликта уцелевшие грузовики вернули владельцам.

Внезапность и вероломность нападения, численное превосходство, а также  незаконченность программы перевооружения – так в основном объясняли первые поражения Красной армии в СССР.

После разоблачения культа личности, к этим пунктам добавились обвинения против Иосифа Сталина, выдвинутые Никитой Хрущевым. Якобы вождь игнорировал предупреждения и не верил в нападение Германии.

В эпоху «перестройки» и «лихих девяностых» появилась даже скандальная гипотеза Виктора Суворова (Резуна), озвученная в книге «Ледокол»: Сталин сам готовился к нападению на Германию, вся стратегическая и тактическая подготовка носили чисто наступательный характер, однако в последний момент Гитлер «упредил» Красную армию, а всё вышеперечисленное и определило страшный разгром.

Позже скандально известный писатель Марк Солонин (а ныне иноагент) утверждал, будто бы наша армия сплошь состояла из людей, пострадавших от репрессий, голодоморов, не желавших воевать за сталинский режим. А вот по мнению американского военного историка и эксперта по Великой Отечественной войне Дэвида Гланца, к 1941 году Красная Армия при номинально очень большой численности была плохо обучена, недостаточно оснащена и плохо организована, что делало ее неспособной эффективно участвовать в крупномасштабных военных кампаниях. А репрессии среди военного руководства ослабили управление войсками и снизили качество стратегического планирования.

Однако историки упускают важный момент!

Практически все германские военачальники, от командующих группами армий и танковыми группами до командиров моторизованных (танковых) корпусов были достаточно возрастными ветеранами Первой мировой войны. Причем они не только сидели в окопах, но и проводили масштабные маневренные операции – это и наступление на Париж в августе 1914-го, и Великое наступление в Польше и Белоруссии весной – летом 1915-го, и быстрое наступление на Балканах осенью 1916-го. Более того, у многих генералов Вермахта имелся за плечами опыт не только боев на Восточном фронте, но и участия в оккупации Украины и Белоруссии в 1918 году, то есть они были хорошо знакомы с российскими условиями.

Что касается Красной армии, то лишь немногие военачальники имели опыт подобных военных кампаний. Притом опыт не штабной и не оперативный, а только окопный. Поэтому, фигурально выражаясь, в июне 41-го армия любителей столкнулась с армией профессионалов, да еще и сильно мотивированных нацистскими идеями.

Но у блицкрига был и один большой недостаток: он предполагал сокрушение противника первым же ударом и не подразумевал плана «Б». Советский Союз, несмотря на катастрофу, первый удар выдержал.

Великая Отечественная война оставила немало неразгаданных тайн. Например, загадочные «отравления» советских летчиков во время воздушных боев. Один их первых таких эпизодов упомянут в журнале боевых действий 55-го ИАП на Южном фронте 21 июля 1941 г. После патрулирования около Рыбницы, четверка МиГ-3 встретила группу из 4 двухмоторных бомбардировщиков. Но атака не состоялась по этой причине:  «…экипажи самолетов МиГ-3 были обстреляны огнем и голубым дымом. После посадки летчики жалуются на головную боль».  

Что это было? Некое химическое оружие – подумали пилоты. Но ведь оно запрещено всеми конвенциями!  

Чаще всего подобные эпизоды случались во время Сталинградской битвы. 27 июля 1942 г. в районе Нижнечирской лейтенант П.И. Логинов из 2-й эскадрильи 629-го ИАП ПВО на своем И-16 атаковал самолет, опознанный им как «Фокке-Вульф-187» (еа самом деле такой реально не применялся на фронте).  

«Противник уходил бреющим полетом, ведя сильный огонь и пуская ядовитый дым сероватого цвета», - писал в своем рапорте летчик. 29 июля в журнале боевых действий 434-го ОИАП сообщалось: «Не доходя до района прикрытия в районе Илларионовский нашими самолетами было встречено 6 самолетов противника Хе-111, шедших по направлению к Сталинграду… Наши самолеты, преследуя и атакуя, гнали их за Дон до района В. Голубая. Один Хе-111 ведущий второго звена задымил и пошел со снижением. При атаке Хе-111 с близкой дистанции капитаном Пендюр с хвоста Хе-111 была пущена струя газообразного зеленого вещества, предположительно газа».  

На следующий день летчики 629-го ИАП атаковали FW-189 около станции Раковка. Цель поначалу казалось «простой» - тихоходный одиночный самолет да еще вдали от линии фронта. Но опять неудача:    «При попытке таранить самолет противника нашими летчиками, он стал пускать ядовитый газ. Пилот Поддубский на Н=20 м попал в струю, потерял сознание, упал. Самолет сгорел, пилот погиб». «Погиб от дыма… - было указано в причинах смерти».

4 августа 43-й ИАП, базировавшийся на аэродроме Иловля, отражал налеты на железнодорожные станции в этом секторе.  Як-1 лейтенанта Варимченко зашел одному из «Юнкерсов» строго в хвост и с дистанции 30 – 40 метров готовился открыть огонь. Но тут, по утверждению коллег летчика, с бомбардировщика было выпущено два клуба серого дыма. После этого Як-1 отвалил влево, сорвался в штопор и врезался в землю в районе Стародонского.

Да, таких примеров было немало, и немцы действительно разрабатывал разные инновационные способы воздушного боя, в том числе распыление веществ в воздухе.  Например, были проекты по распылению с истребителей химических веществ, разрушающих двигатели американских бомбардировщиков, соединений ртути - для разъедания их фюзеляжей. Также прорабатывались разные варианты «ослепления» экипажей «Летающих крепостей» и др. Но подобных описанных советскими пилотами опытов не проводилось.  

Чем же тогда травились «сталинские соколы»?

Можно предположить, что некоторые из них становились жертвами т.н. «коптилок». На самолетах Ju-88 имелся специальный прибор, предназначенный для введения в заблуждение вражеских летчиков. Стоило только нажать кнопку – в камеры сгорания двигателей одномоментно впрыскивалось масло. Это приводило к появлению сильно заметного дымного следа, тянувшегося за машиной в течение нескольких минут (пока масло не прогорит). По дымящемуся следу противник мог предположить, что двигатель горит и  преждевременно прекращали преследование.   Возможно, попав в такую струю на близкой дистанции, летчики попросту отравлялись масляным дымом?